TGUY.RU

О геях в России глазами американцев

Новости / Интервью 30.06.2016 / Автор: Афиша Daily

Весной 2016 года запустился проект «Голубой», для которого американка Бейли Ричардсон говорила с российскими геями о том, как им здесь живется. «Афиша Daily» расспросила Бейли об этой затее, интересе к России и взаимодействии с московскими прохожими и таксистами.

Бейли Ричардсон, бренд-менеджер Pop-Up Magazine, создательница проекта «Голубой»

С чего вдруг американка решила сделать проект про российских геев?

Я заинтересовалась Россией, когда работала в Instagram. Нашу компанию купил Facebook и стал заниматься ее международным развитием. Большую ставку делали на популяризацию Instagram в России. Собственно, это и была зона моей ответственности. Каждую неделю я созванивалась и подолгу разговаривала с Катей и Олесей — моими коллегами из российского Facebook. Они рассказывали про вашу историю и культуру, про российские традиции и про местных знаменитостей. В итоге получилось, что заочно я очень много узнала о стране и полюбила ее. И, естественно, мне захотелось побывать там самой. Нужно оговориться: я гомосексуальна. Когда я рассказала о своих планах друзьям, они стали изо всех сил отговаривать меня, убеждать, что геям в Россию ехать опасно. В то же время Катя с Олесей, у которых много друзей-геев, напротив, утверждали, что я ничем не рискую. Мол, в Москве полно гей-баров, и у меня не будет никаких проблем. С одной стороны, все эти законы о гей-пропаганде, с другой, уговоры русских подруг — в общем, я решила сама поговорить с российскими геями и понять, где же правда. Я попросила Катю с Олесей помочь мне найти героев. И в итоге поговорила в Москве с пятнадцатью людьми, с некоторыми из которых записала интервью для проекта «Голубой».

Вы собираетесь как-то продолжать и развивать ваш сайт?

Думаю, на сегодня эта история завершена. Разве что мне хотелось бы однажды поехать в русскую провинцию и поговорить с геями там. Думаю, получится совсем другая картина. Мне просто важно было создать повод для разговора. Знаете, почти все мои собеседники говорили, что их родители, братья и сестры не в курсе их ориентации. И, что самое обидное, почти никто из моих героев не расшарил свое интервью в фейсбуке. Я все понимаю и не давлю на них! Просто это говорит о том, как мало в России открытого разговора о гомосексуальности.

Российские геи живут в молчании. Среди людей, которых я интервьюировала, был близкий друг Кати и Олеси. Так вот они не знали, как и когда он понял, что гей, и как его семья отнеслась к этому. Они ни разу в жизни не спрашивали его об этом! До недавних пор в американской армии для геев существовало правило: «не спрашивай — не говори». По-моему, именно это происходит в России. Вряд ли кто-то спросит у тебя, не гей ли ты, но и самому говорить о своей гомосексуальности нельзя.

Когда в России принимали первые гомофобные законы, некоторые издания — вроде «Афиши» и «Большого города» — выступили с поддержкой ЛГБТ-сообщества. Материалы вызвали большой резонанс, но в итоге ничего особо не изменили — ситуация на уровне законодательства с тех пор только усугубилась. Есть ли смысл во всех этих медиапроектах и обсуждениях?

Конечно, жизнь не изменится по мановению волшебной палочки. И пара статей и сайтов не изменят страну. Но я привыкла руководствоваться в своей жизни принципом домино. Я толкаю те домино, которые мне под силу, не зная, коснутся ли они до следующих в ряду и смогут ли повалить их. Но я знаю, что, если продолжать пытаться, в итоге одно домино может повалить весь ряд. И если я чувствую, что где-то рядом страдают близкие по духу люди, я просто стараюсь выплеснуть в мир немного энергии, направленной им в помощь.

Если в каком-то обществе геи не знают друг о друге, они никогда не будут чувствовать себя в безопасности. Не обязательно устраивать телешоу из своей ориентации, но необходимо иметь возможность просто сказать во всеуслышание: эй, мы обычные люди, мы хотим жениться, хотим детей и просто хотим быть самими собой.

Было ли что-то в интервью с российскими геями, что вас особенно задело или удивило?

У геев в России есть одна очень романтическая особенность. Найти любовь — это вообще непросто, а для геев тем более. К примеру, из всех американских городов больше всего геев живет в Сан-Франциско, но и там они составляют лишь 6,9% населения. То есть нас совсем немного! Но в Америке хотя бы принято демонстрировать свою гомосексуальность — в социальных сетях, при помощи одежды, причесок или манеры поведения. Можно и напрямую спросить человека о его ориентации — в этом тоже нет ничего экстремального. А в России это все не работает. Поэтому мне было очень интересно узнать, как российские геи находят друг друга. Понятно, что сегодня уже есть социальные сети, приложения и гей-бары, — но ведь ты никогда не знаешь, в какой ситуации встретишь того, кто тебе понравится. Так вот выяснилось, что в России геи уделяют очень много внимания невербальным знакам — взглядам и чему-то совершенно неочевидному. И нужно быть реально очень восприимчивым и внимательным к подобным сигналам. Один из моих собеседников сказал, что его метод — это просто очень пристально смотреть в глаза. И если человек не реагирует в ответ должным образом, всегда можно замять этот взгляд или как-то иначе объяснить его. Этот метод позволяет ему чувствовать себя в безопасности.

Что вы думаете про гей-парад в Москве? В России даже многие геи выступают против него. Они полагают, что парад выставляет остальных геев в глазах общества какими-то неприятными фриками.

Да, очень многие мои собеседники по проекту «Голубой» ясно давали мне понять, что им не близка идея парада в России. Возможно, действительно не существует единого рецепта для лечения общества от гомофобии. В Америке развита традиция самовыражения человека на улице, перформансов и парадов по разным поводам. Но в Москве я очень явно почувствовала, что ваши общественные пространства устроены совсем иначе, чем у нас.

Как-то в Москве я потерялась и обратилась к прохожему за помощью. Помните, как в фильме «Матрица» люди в конвульсиях просыпались, когда у них из спины выдирали провод, подключавший их к сети. Такой же эффект произвел на московского прохожего мой вопрос. Он был безумно удивлен, что к нему подошла американка и спросила, как пройти!

Так что, возможно, гей-парад — это слишком американская и западноевропейская форма самовыражения. Но я убеждена, что какая-то возможность открыто и безопасно показывать свою гомосексуальность в обществе просто необходима России.

В связи со сложными политическими отношениями между нашими странами, будучи американкой, в Москве вы встречали какую-то агрессию по этому поводу?

Однажды кто-то сказал мне, что российское общество делится на интеллигенцию и гопников. Надеюсь, это звучит не слишком грубо? Так или иначе, думаю, что мое российское окружение относится к интеллигенции. Поэтому в общении с ними я не чувствовала никакой антипатии. Я была в октябре, как раз когда проходила встреча Путина с Обамой. И в такси или подобных местах, слыша, что я американка, люди спешили донести до меня, что они поддерживают Путина и гордятся им. Типа: «Не нравится мне этот ваш Обама…» или «Путин сегодня показал вашему Обаме…», «Ну мы вас сделали…» — как будто мы болеем за разные футбольные команды. Но я на это не обижалась, хотя мне так и не удалось услышать какого-то внятного объяснения, почему русские поддерживают Путина.

Один из ваших героев говорит, что, будучи геем, в России он чувствует себя необычным и интересным. А в Америке в этом нет ничего особенного. Видимо, то же и у вас: быть гей-активистом в России интересно, в то время как в Америке в этом уже почти нет смысла.

Смешно, действительно, в Америке я не такая уж активистка. Я хожу на гей-парад, но тут это общее место. И, к стыду своему, больше никакого вклада в поддержку американского ЛГБТ-сообщества я не делаю. Так что проект «Голубой» — это первый раз, когда я выступила на этой почве. Но на самом деле это не совсем активизм, просто мне интересно понять, почему жизни людей так разнятся в зависимости от того, на каком клочке земли на нашей планете они находятся. Еще благодаря этому проекту я смогла лучше понять предыдущее поколение американских геев, которое выросло в 50–60-е годы. Думаю, они были в похожей ситуации.

А сейчас как вы оцениваете положение геев в Америке?

После того как в Америке был принят закон, разрешающий гей-браки, многие штаты выступили с законопроектами, ограничивающими права ЛГБТ-сообщества. За последние несколько лет на уровне штатов было принято порядка 30 таких законов. Так что с юридической точки зрения Америка делает шаг назад на пути защиты прав ЛГБТ. Воспитать в людях толерантность и принятие — не лампочку включить. Общество меняется, но это не значит, что в Америке быть геем — окей.

Расскажите, как американцы переживают трагедию в Орландо?

В тот день я была в Сан-Франциско. Сотни людей вышли на улицу, жгли свечи в память о погибших, многие плакали. Чувствовалось очень много разочарования, грусти, неоправданных надежд, страха и ощущения небезопасности. После принятия законов о гей-браках многие американцы поверили, что гомофобия может быть побеждена совсем. Но стрельба в Орландо напомнила нам, что в мире есть ненависть и часто она направлена против нас. В английском языке есть слово commiserating — оно означает: делиться горем друг с другом и таким образом переживать несчастье вместе. Именно это и происходило на улицах в тот день. В ежедневной жизни мы, американцы, не очень умеем это делать. Мы любим говорить: «Эй, улыбнись, давай не будем о грустном!» Но в такие моменты мы выходим на улицу, чтобы разделить свою боль.

А сами вы сталкивались когда-либо в жизни с проявлением гомофобии?

Держа за руку или целуя свою девушку на улице и в общественных пространствах, я ни разу не испытывала никакой агрессии со стороны прохожих. Никаких физических нападок или проблем с работой, чувства невозможности иметь семью и детей — нет, этого я никогда в жизни не испытывала. Но я знаю, что некоторые мои друзья не приняли меня такой, какая я есть. И я чувствовала, что родители меня не принимают, и это меня глубоко ранило. Думаю, на всей планете едва ли наберется пара геев, которые могут сказать, что ни разу в жизни не были хотя бы эмоционально ранены за то, что они геи. Нас — меньшинство. А люди по сути своей — это племя. И нелюбовь к другим, к непохожим — в человеческой природе. Но наша ответственность как общества — продолжать спрашивать себя, что чувствуют непохожие на нас и как наше поведение может их ранить. Это и делает общество сильным.

Знаете, я обычный человек, живу как все остальные, не чувствую себя какой-то другой. Но я помню, как в день, когда Верховный суд должен был принять закон о гей-браках, я проснулась и взяла телефон, чтобы посмотреть новости. Я знала, что закон готов и что его скоро примут. Так что это не было сюрпризом. Но, увидев новость своими глазами, я разревелась. Я не подозревала, что так чувствительна к ЛГБТ-теме. Но, видимо, все геи хотя бы раз в жизни были вынуждены упрятать часть своей идентичности куда-то глубоко в себя и как следует ее там утрамбовать. Это как будто ты сам себя немного придушил. А когда что-то важное происходит, этот барьер прорывает. Чувство такое, будто мыльные пузыри, спрятанные внутри тебя, вдруг вырываются наружу и лопаются у тебя прямо перед носом.

Оригинал: Афиша Daily

«Для нас это был побег»: первое интервью Евгения Войцеховского и Павла Стоцко после отъезда из России

«Для нас это был побег»: первое интервью Евгения Войцеховского и Павла Стоцко после отъезда из России

В январе 2018 года Евгений Войцеховский и Павел Стоцко покинули Россию, опасаясь за свою жизнь и свободу. Проблемы начались, когда мужчины рассказали о признании их брака, заключенного в Дании, в многофункциональном центре услуг (МФЦ) в Москве.

Russian men by Evgeny Kovrov

Russian men by Evgeny Kovrov

Новости / Интервью 16.08.2018 / Автор: Татьяна Милеева

Несколько месяцев назад TGUY.RU опубликовал подборку волшебных карточек питерского фотографа Евгения Коврова. И вот прорыв – этим летом в Германии в издательстве Hagen von Kornbach у Жени вышел в свет дебютный фотоальбом Russian Men.

Антон Красовский: «Вы там сами. Без меня»

Антон Красовский: «Вы там сами. Без меня»

Кандидат в мэры Москвы Антон Красовский ответил на приглашение Гудкова посетить конгресс независимых мундепов.

Антон Красовский – Здесь нет никакой надежды

Антон Красовский – Здесь нет никакой надежды

Чеченцам не запрещают рассказывать детям, что они чеченцы. Инвалидам не запрещают рассказывать людям, что они инвалиды. Женщинам не запрещают рассказывать детям, что они женщины. Но людям, которых здесь называют людьми с нетрадиционной сексуальной ориентацией, это запрещают. В этом смысле это закон нацистский.

Футболист Роман Нойштедтер: «Если мужчина любит другого мужчину — это их личное дело»

Футболист Роман Нойштедтер: «Если мужчина любит другого мужчину — это их личное дело»

Игрок «Фенербахче» и сборной России Роман Нойштедтер дал интервью программе Стэна Коллимора на канале Russia Today. Роман рассказал о своем отношении к геям.

Russian men by Evgeny Kovrov

Social Networks

 

 

@tguyru
James Critchley
Kevin D. Hoover